Новосибирские острова, которые административно относятся к Булунскому району, люди посещали испокон веков. Предприимчивые купцы и казаки в 17ом веке в поисках новых мест для добычи пушнины, мамонтового и моржевого зуба, активно исследовали берега «Святого моря» как они тогда называли Ледовитый океан, ими были сделаны многие географические открытия, сама история освоения Сибири, и присоединения ее к России , неразрывно связана с именами казаков, Дежнев, Бекетов, Стадухин, Шалауров, в их числе и Меркурий Вагин, человек открывший Новосибирский Архипелаг и трагически погибший во время его исследования.
В начале XVIII века сибирский губернатор князь Матвей Гагарин приказал якутскому воеводе Дорофею Траурнихту отправить в Северный Ледовитый океан экспедицию с целью открытия и исследования новых островов, которые, по его мнению, могли быть богаты пушниной. Причиной поиска было сообщение казака Якова Пермякова, который писал, что, проходя на коче мимо Святого Носа, видел в море остров или землицу, а есть ли на ней люди, про то-де он, Яков, подлинно не ведает. Сообщением заинтересовались. 28 января 1711 года сибирский губернатор князь Матвей Петрович Гагарин писал якутскому воеводе Д. А. Траурнихту: «Изволь ни мало медля посылать на тот остров». На роль главы экспедиции Траурнихт выбрал казака Меркурия Вагина, по состоянию на 1711 год числившегося приказчиком города Верхоянска. Осенью 1711 года отряд в количестве одиннадцати казаков под предводительством приказчика Меркурия Вагина вышел из Якутска с заданием «проведывать морских жилых островов против устья Яны». Яков Пермяков был назначен в отряд «вожем», то есть проводником, штурманом. Незадолго до экспедиции Вагина, Пермяков достиг острова Большой Ляховский и объехал его кругом на собачьей упряжке (о чём доложил в Якутскую канцелярию). В мае 1712 года отряд покинул Усть-Янск — последнюю базу на материке, предварительно взяв у «ясачных иноземцев» (местных жителей) большое количество собак и продовольствия. Три года спустя другой казак, Алексей Марков, сообщал, что в Усть-Янском зимовье у жителей собак, нарт и корму взять невозможно, ибо «преж сего Меркурей Вагин проходил…». Местные жители — чукчи — сообщили Вагину, что севернее мыса Святой Нос есть несколько островов. Сухим путём казаки достигли Святого Носа, выйдя к Янскому заливу, после чего по льду перешли на Ляховские острова. Большого Ляховского острова экспедиция Вагина достигла по морскому льду на собачьих упряжках. Находясь на Большом Ляховском, казаки увидели с северного его побережья вдалеке и Малый Ляховский. Традиционно принято считать, что этот остров был открыт именно ими, и что именно Пермяков с Вагиным положили начало открытию и исследованию всех Новосибирских островов.
В мае 1712 года казаки по льду на собаках перешли на остров (впоследствии названный Большим Ляховским) и обошли его вокруг за девять (по другим показаниям — за двенадцать) дней.
Участник экспедиции казак Гаврило Ферапонтов рассказывал: «А тот остров пустой, жилых людей и лесу нет, а зверей видели на нем одних оленей. И с того острову виден остров же не мал, и на том острове лес значит…» Алексей Дементьев дополнил: «И на том острову олени, и песцы, и волки есть, а иного зверя никакого нет. И с того-де острова видать была земля…»
Казаки видели, несомненно, остров Малый Ляховский, лежащий севернее, через неширокий (двенадцать — пятнадцать километров) пролив Этерикан. Впрочем, остров был виден не слишком ясно, даже Я. Пермяков якобы пытался ту землю «потаить», говорил, что это не земля, а «пар морской». Здесь начались первые разногласия. Казаки хотели идти на новый остров, где был, как им показалось, лес. Но Меркурий Вагин, опасаясь, что пролив вскроется (был уже конец мая или июнь) и отрежет путь назад, распорядился вернуться на материк. Он хотел перелетовать на реке Хроме, запастись там рыбой и на следующую зиму продолжить обследование островов. Однако, «ходя многие дни, Хромы-реки не сыскали, и корму не промыслили и ели собак, как собак не стало, ели мышей и всякую гадину…». Идти в начале июня было тяжело: тундра представляла собой сплошную трясину, низины заполнены снежной кашей. Ориентиров — почти никаких: восточнее Святого Носа простирается плоская низменность с множеством озер и речек, русла которых причудливо извиваются.
Несмотря ни на что, Вагин не оставлял твёрдого намерения отправиться в новую экспедицию на острова в следующем году. Казаки его отряда, недовольные планами Вагина, «вознегодовали, что та служба учинилась от него, Меркурия». Видя непреклонность начальника, они взбунтовались и убили его. Помимо главы отряда, были убиты его малолетний сын Михаил, Яков Пермяков и, по некоторым источникам, ещё один казак из Усть-Янска.
Осенью 1712 года семеро казаков, без Вагина и Пермякова, появились в Усть-Янске и рассказали, что на льду к северу от Святого Носа отряд был застигнут пургой, в которой четверо казаков без вести пропали, а остальные, пролежав неделю в торосах, возвратились назад. А острова-де не видали…
Объяснение показалось властям неправдоподобным, казаки под конвоем были доставлены в Якутск и предстали перед воеводой полковником Елчиным и дьяком Татариновым. До нас дошел уникальный документ — «Розыскное дело», своего рода стенограмма судебного процесса по обвинению семи казаков в убийстве приказчика Меркурия Вагина, его сына Михаила и его товарищей Якова Пермякова и Григория Костромина.
Судебное разбирательство проходило в четыре стадии. Сначала — «роспрос без воздействий». Потом, 11 мая, казаки были по указу великого государя «в застенке у пытки роспрашиваны порознь и пытаны… На пытке кому было 12 ударов, а кому — и 30». Затем обвиняемых пытали «вдругии» и «втретьи».
Казаки-убийцы считали свои действия справедливыми. По их показаниям, Меркурий Вагин — деспот и неумелый руководитель, доведший отряд до бедствия и голода.
31 июля 1713 года двое казаков были повешены «при многих людях». Одного несовершеннолетнего казачонка помиловали, а остальных решено было для искупления вины направить без жалованья искать морской путь через Ламское море на Камчатку, предварительно избив кнутом нещадно, и при условии собрать «Поручную запись» не менее чем двадцати якутских жителей, «А буде они впредь в бунтовых или в воровских делах и в смертных убийствах объявятся, и за то учинена будет вместо них порутчикам смертная казнь…»
Спустя три года после гибели Вагина казак Алексей Марков докладывал тому же полковнику Елчину, что судами идти на острова невозможно, ибо Святое море (Ледовитый океан) покрыто льдом и зимой, и летом, и что он, Марков, в марте 1715 года вышел с отрядом на собаках от устья Яны прямо на север. Шли в одну сторону семеро суток. «Торосы великие, льды давние стамые, холмы великие», но даже с тех холмов никакой земли не видели. Если Марков действительно шел строго на север от устья Яны, то остров Большой Ляховский остался далеко на востоке от маршрута. Прямо по его курсу лежал небольшой остров Столбовой, но до него от берега около трехсот километров, при такой серьезной ледовой обстановке отряд мог не дойти до Столбового или проскочить мимо.
Открытие Вагина не было своевременно признано, и острова долго оставались безымянными. Впоследствии имя Меркурия Вагина увековечено в нескольких незначительных географических объектах на севере Якутии. Так, в честь него были названы полуостров Меркушина Стрелка, два озера на северном берегу Омуляхской губы — Большое Меркушинское и Малое Меркушинское, — мыс Вагинa и гора Меркурия на острове Большой Ляховский.
Гуков С.А.