В начале двадцатых годов прошлого века, когда в центральной России со всей силы шло становление власти советов, на Дальнем Востоке она практически отсутствовала, но как бы то ни было, гражданская война, бушевавшая по всей бывшей Российской империи, прошлась и по нашему северному краю, лежавшему за многие тысячи вёрст от основных фронтов.
В 1921 году, когда на Дальнем Востоке установилась власть Верховного правителя Сибири А.В. Колчака, во Владивостоке власть захватили крупные предприниматели братья Меркуловы, которые создали свое Временное правительство.
Для того, чтобы укрепить своё положение на всём Дальнем Востоке, Меркуловы и на Чукотку посылают вооружённые силы, так называемый северный экспедиционный отряд под командованием есаула Бочкарёва.
Бочкарёв с несколькими сотнями добровольцев, привёл к покорности без особых боёв «красные» Охотск, Камчатку и будущую Магаданщину. Теперь перед ним стояла задача развить наступление вглубь материка — в Якутию, на Колыму, Индигирку и Чукотку. В основном это была территория Якутской области, по границам почти совпадавшей с современной республикой Саха.
В своих планах наступления на Якутию и Колыму есаул руководствовался прежде всего расчетами на поддержку населения, которое за два года новой власти порядком подустало от ежовых рукавиц губревкома в Якутске — тот выкачивал из него пушнину, оленину, рыбу, но в условиях голодухи и разорения 1921 года мало что мог дать взамен. Для якутов ближайшая власть в лице улусного ревкома и милиции — была совершенно чужой и непривычной. То же можно сказать и о соседях якутов по региону — эвенках (тунгусах), эвенах (ламутах), чукчах и русских переселенцах, которые тоже были не в восторге от реквизиций продовольствия, трудовых повинностей и антирелигиозных кампаний. Поэтому в начале двадцатых за пределами Якутска и еще нескольких факторий и мелких городков с гарнизонами советской власти, читай, не было. Поэтому вооруженная банда Бочкарева с легкостью и без сопротивления двигалась на Север. Авантюрист по натуре, Валериан Бочкарёв решил создать на Северо-Востоке особое государство, независимое от Меркуловых, и отсюда, с этого плацдарма, напасть на Советскую республику и восстановить монархию.
Подобно первым покорителям края, Бочкарев заново устанавливал русскую власть и торговые связи, узнавал о приисках и, конечно, боролся с врагом. Он мыслил стратегически и даже планировал основать новый порт со складом в более выгодном месте. Примечательно, что впоследствии там вырос город Магадан. В портовом селении Наяхан разместился главный штаб нового начальника Северо-Восточной окраины.
В 1920 году в Усть-Моме в бассейне Индигирки поднял мятеж местный священник Коновалов, став одним из лидеров белого движения в Якутской области. Впоследствии в Охотске Коновалов встречался с есаулом Бочкаревым , обсудив с ним план кампании против красных в Якутии. Видимо, под его влиянием белые решили наступать на север, на Индигирку. В районе Нового 1922 года отряд из семи человек — в основном офицеров, возглавляемых Коноваловым выдвинулся из Охотска в Оймякон. На полюс холода Северного полушария, в январе – а значит в самый холодный месяц зимы, чтобы вы понимали, в каких условиях и какими отчаянными людьми с обеих сторон велась кампания на Крайнем Северо-Востоке.
Оймяконская семерка была своего рода штабом, к которому должны были присоединяться добровольцы из местных — уже в Усть-Мому ниже по Индигирке отряд бочкаревцев явился в составе 20 человек. Противостояли им схожей численности советские силы, которые возглавлял в Колымске уполномоченный Якутского губревкома Котенко.
При равном числе на стороне белогвардейцев в зимнюю кампанию были два фактора — поддержка отпродразвёрстанных местных, ставших добровольными разведчиками у людей есаула, плюс неудобство для Котенко руководить разбросанными по огромной территории бойцами из Колымска. К тому же белых на Колыме ждали совсем с другого направления — из Гижиги.
У большевиков в итоге возник следующий план — стянуть все силы на запад, сперва в Верхоянск, а затем в Булун в низовьях Лены, где ждать подмоги из Якутска или отступать по тундре на далекий Енисей. Но формирования бочкаревцев двигались им наперерез, спускаясь на север по речным долинам.
В конце февраля 1922 года бочкаревцы заняли селение Абый, 5 марта вошли в Верхоянск, 17 — в Булун. В марте один из посланцев есаула — поручик Деревянов — окопался в устье Индигирки, в Аллаихе. 31 марта белогвардейцы проникли на Колыму, а к апрелю регион окончательно перешел под власть Гижиги и (опосредованно) белого Владивостока.
А тем временем бывший Колчаковец- корнет Коробейников, пошел еще дальше. Группа Коробейникова и Ефимова, объединившись с рядом других отрядов и получив в Охотске надежный тыл, наступала в центр якутских земель. В селении Чурапча под прикрытием их штыков было создано Временное якутское областное народное управление -«областники», в основном местная национальная интеллигенция, которую руководство Якутии 1920-1922 гг. лишило права голоса в Советах. А 23 марта части Коробейникова заняли сам Якутск, при первой возможности установив связь с Владивостоком. Его «Якутская народная армия» с 200 человек выросла до трех тысяч при шести трофейных пулеметах — никакого сравнения с микросражениями микроотрядов на северо-востоке. Уже после завоевания Индигирки и Колымы Бочкарёвия взялась за Чукотку, делившуюся тогда на два уезда — Анадырский и Чукотский на самом севере региона, с центром в Уэлене. Последний и возглавлял в 1920-1922 годах Алексей Бычков — прототип «начальника Чукотки» Глазкова.
Купцы и промышленники встречали Бочкарёва хлебом-солью. Ведь с его приходом возвращались прежние порядки, восстанавливалась их власть, вновь вводились ясак и каюрная повинность. Банду купцы обеспечивали оружием, деньгами, продовольствием. Она зверствовала, грабила население, расхищала государственное имущество, бандиты нагайками сгоняли местное население на работы. Кто отказывался или проявлял нетерпимость, тех бандиты запарывали насмерть, заставляли людей самих рыть себе могилы. За два года хозяйничанья бочкарёвцев, Чукотка была практически разорена. Катастрофически сократилось поголовье оленей, истреблены ценные пушные звери, уничтожены запасы хлеба и рыбы.
К тому времени Красная Армия уже начала освобождать Дальний Восток от интервентов и бандитов. Не прекращалась и партизанская война.
25 октября 1925 года от белогвардейцев и интервентов был освобождён Владивосток и Камчатский облнарревком обратился в Дальревком с просьбой помочь быстрее разгромить бандитов.
18 марта 1923 года отряд красноармейцев под командованием Г.И. Чубарова и комиссара Чернова ушёл на Север.
Отряд быстро продвигался вперёд. Местное население встречало красногвардейцев с ликованием, всячески помогало им продуктами, меховой одеждой, транспортом.
Приходилось трудно. Иногда красногвардейцы тянули нарты на себе, так как собаки уставали и не могли идти вперёд.
Был январь, и можно только представить, какие в это время стояли морозы и свирепствовали пурги. А ведь красногвардейцы шли по открытой тундре.
В Тигиле отряд Чубарова влился в партизанский отряд под командой местного жителя Андрея Мухина. 5 апреля, очистив от бандитов Камчатку, группы Чубарова и Зенкова соединились и вместе двинулись в сторону Гижиги.
Путь был очень тяжёлый. Уже наступила весна — и собаки и люди проваливались в подтаявший снег.
К Гижиге подошли 10 апреля. Здесь узнали, что бочкарёвский заслон расположился в казарме. Незаметно подойдя к казарме, красногвардейцы уничтожили бандитов, после чего двинулись дальше, к Наяхану.
В Гижиге к отряду Чубарова присоединились добровольцы. На рассвете 13 апреля подошли к двум зданиям радиостанций, где засели бочкарёвцы.
Последний бой Валериана Бочкарева разразился с утра и не прекращался до заката 13 апреля 1923 года в корякском селе Наяхан. Многие из участников, сознавая безвыходность положения, кончали с собой, другие отстреливались до последнего патрона. Раненого Н.А. Полякова и самого В.И. Бочкарева, как и других пленных, расстреляли в тот же день.
Так завершилась белая эпопея Северо-восточной окраины, как предпоследний аккорд чудовищной Гражданской войны и локальная драма на фоне общероссийской трагедии, длящейся с 1917 года. Красным оставалось только сокрушить последний оплот белого сопротивления – якутский отряд Анатолия Пепеляева…
Гуков С.А,